История

Подача истории всегда будет субъективна, несмотря на желание подать её как можно объективнее. Наслаждайтесь интересными идеями, развивайтесь вместе с нами.

Предки монголов отуз-татары (кит. шивэйцы) обитали на территории Восточной Монголии и Забайкалья (Ковычев 2012). Среди названий шивэйских племенупоминаются такие этнонимы, как татань (дадань),  мэнъу (мэнгу) и др.  После крушения Уйгурского каганата в середине IX в. монгольские номады постепенно заселили большую часть монгольских степей. На рубеже I–II тысячелетий в китайских летописях они выступают под обобщенным этнонимом цзубу. Существует красивая легенда о прародине, согласно которой когда-то давно предки монголов бежали в недоступную местность Эргуне-кун («Крутой хребет», возможно, производно от Аргунь). Постепенно их численность там увеличилась, они стали мастерами кузнечного дела. Собрав много дрови принеся жертвы, они расплавили гору и смогли выйти в степи (Рашид-ад-дин1952. Т. 1, кн. 1: 154).
На рубеже XII–XIII вв. в монгольских степях обитали самые различные монгольские вождества и племена. В восточной части территории современной Монголии, в долинах Онона и Керулена кочевали племена, которые условно можно назвать монголами. В их числе были дарлекины, нируны, тайджиуты, кунгираты и другие группы. К востоку от них, в Забайкалье и Внутренней Монголии обита-ли татары. В Центральной Монголии, в предгорьях Хангая и в долинах Орхона и Толы проживали кереиты. Их вождество во главе с ханом Тоорилом (Ван-ханом)было одним из наиболее могущественных объединений кочевников в указанный период. В Северной Монголии, по берегам Селенги жили меркиты. Западнуючасть Монголии занимали найманы. Многие исследователи относят их не к монголоязычным, а к тюркоязычным кочевникам (Togan 1998; Крадин, Скрынникова2006; Нанзатов 2008; и др.)
Племена кочевников постоянно нападали друг на друга с целью угона скота, захвата в плен женщин и детей. Анонимный монгольский летописец так красочно охарактеризовал темные времена монгольского средневековья: «Звездное небо поворачивалось — была всенародная распря. В постель свою не ложились — все друг друга грабили (забирали добычу). Вся поверхность земли содрогалась — всесветная брань шла» (Козин 1941: 185, § 254).
Именно в таких условиях родился будущий основатель Монгольской империи Чингис-хан. Его отцом был один из потомков Хабул-хана (лидера монгольской конфедерации XII в.) по младшей линии — Есугай-баатур. Детство Темучжина (будущего Чингис-хана) прошло в лишениях и скитаниях. После смерти отца родственники покинули семью умершего вождя, и она осталась почти без средств к существованию. Именно в этих условиях выковывался характер основателя одной из крупнейших империй мира. Его путь к власти и объединению кочевников монгольских степей продолжался около четверти века. В 1206 г. на берегах р. Онон состоялся курултай, на котором он был провозглашен правителем Монгольской державы (Ёке Монгол Улс).
Чингис-хан попытался разрушить традиционную племенную систему и соз-дать принципиально новую структуру, основанную на фундаменте личной пре-данности. В результате была введена десятичная система (деление войска на подразделения численностью в десять, сто, одну тысячу (myangan) и десять тысяч (tumen) воинов (Плано Карпини 1957: 49; Рашид-ад-дин 1952б: 264)). Они являлись как военными, так и административными подразделениями имперской конфедерации. Старую родовую структуру сохранили племена давних сподвижников Чингис-хана, а также те вождества, которые добровольно вошли в состав имперской конфедерации. Остальные были перетасованы и включены в новые «тысячи». Правым крылом руководил Боорчу, под командованием которого находилось 38 000 воинов. Левое крыло находилось под руководством Мухали, вместе с центром оно составляло 62 000 человек (Рашид-ад-дин 1952б:266–278).
Судя по «Тайной истории», численность войска Чингис-хана в 1206 г. состав-ляла не менее ста тысяч всадников. В § 202 перечисляются 95 тысячников, которым он доверил свои воинские подразделения. Кроме того, в источнике сказано, что здесь не учтены так называемые лесные народы. С учетом тысячи личных телохранителей, называемой гол, а также 40 тысяч, которые были розданы ближайшим родственникам, общее количество воинских подразделений составляло уже 141 тыс. всадников (Рашид-ад-дин 1952б: 266–278).
Чингис-ханом также была создана дружина (кешик) в 10 000 воинов. Дружинникам были поручены охрана ханских покоев, имущества и ставки, руководство дворовой челядью, обеспечение ханского стола продовольствием, участие в ханских облавных охотах и т.д. Дружина являлась своеобразной кузницей кадров для будущей имперской администрации. В известной степени дружинников можно рассматривать как эмбрион офицерского корпуса армии и аппарата управления (Козин 1941: 168–171, § 224–229).
Родственники оказались обделенными. Матери на пару с младшим родным братом Чингис-хан выделил 10 000 юрт, брату Хасару — 4000, сыновьям Джу-чи — 9000, Чагатаю — 8000, Угедэю и Толую — по 5000. При этом к ним были приставлены специальные наместники, которые должны были докладывать о каждом их шаге Чингис-хану (Козин 1941: 176, § 242, 243). Причина этого коренится в уже упомянутых событиях далекого детства, когда он столкнулся с изменой родственников, бросивших его семью после смерти отца. Помня об этом, Чингис-хан неизменно старался опираться не на родственников, а на своих верных нукеров (Barfield 1992: 195).
Судебные дела были поручены Шиги-Хутуху. Чингис-хан также провозгласил новые правила поведения, которые обычно называют Ясой. Однако среди современных исследователей нет единства относительно того, что представляла собой Яса (Ayalon 1971; Rachewiltz 1993). Ее подлинник не известен. Имеются только различные пересказы и упоминания восточных авторов Джувейни, Рашид ад-Дина, Макризи, Ибн-Батуты. По всей видимости, Яса не была писаным сводом законов подобно раннесредневековым варварским «правдам» (Вестготской, Са-лической, Русской и др.). Она представляла собой свод различных установлений, правил и табу, введенных в правление Чингис-хана и несколько дополненных в правление Угедэя. Данный текст был недоступен для общего пользования. Согласно Джувейни, «эти свитки называются Великой Книгой Ясы и лежат в казне старших принцев. Когда хан садится на трон, или будет собирать великое войско, или соберутся принцы и [станут советоваться] о делах государства и управления, то приносят те свитки и в соответствии с ними осуществляют все решения; и к построению войска или разрушению стран и городов как там пред-писано» (Juvaini 1997: 25).
В 1210 г. чжурчжэньские посланники потребовали от Чингис-хана уплаты дани. Теоретически монголы все еще оставались вассалами империи Цзинь. Однако реальное соотношение сил между Севером и Югом сильно изменилось, и этот эпизод был использован как повод к войне. На следующий год монголы вторглись в границы Цзинь сразу двумя армиями. С этого времени началась эпоха великих монгольских завоеваний. У чжурчжэней была миллионная армия, соотношение сил было не в пользу кочевников. Однако чжурчжэньская армия была рассредоточена по отдельным гарнизонам, а монголы могли использовать эффект концентрации сил на главном направлении удара. Они перешли за стену и взяли Западную столицу. Первые же победы привели к увеличению численности монгольского войска за счет перебежчиков.
Монголы использовали тактику тотальной войны, масштабное запугивание противника с целью подавления его боевого духа и деморализации. Если города не сдавались им по первому требованию, они не брали никого в плен, кроме искусных ремесленников (Мэн-да бэй-лу 1975: 67). Для осадных работ использовалось местное население (хашар — букв. «толпа»), которое заставляли приводить в действие гигантские механизмы, собирать камни, заготавливать лес, строить осадные сооружения (Рашид-ад-дин 1952б: 207; Мэн-да бэй-лу 1975: 67).
В начале военных действий против чжурчжэней у монголов не хватало опыта и специальных средств при осаде городов. С течением времени они стали использовать на военной службе чжурчжэньских, китайских, а также мусульманских инженеров и ремесленников, что быстро дало ощутимые результаты. Скоро они освоили самые передовые военные технологии  строили осадные башни, использовали различные метательные орудия, проводили крупномасштабную артподготовку перед штурмом, возводили плотины для затопления вражеского города, рыли подкопы под вражеские стены и т.д. (Плано Карпини1957: 53–54)
Одерживая победы, монголы включали в состав своих армий завоеванные народы. В результате, чем больше они завоевывали, тем мощнее становились их вооруженные силы. Первые кампании принесли огромную добычу. Чжурчжэньский император заплатил большую контрибуцию в 10 тыс. лян серебра и 10 тыс. слитков золота. После этого Чингис-хан обратил свой взор на запад, на владения хорезмшаха. В сентябре 1219 г. 150 тыс. монгольских всадников подошли к Отрару. Крепость была взята через пять месяцев. Со временем пали и другие города Средней Азии  Бухара (1219), Самарканд (1220), Ургенч (1221). В 1226– 1227 гг. было повержено тангутское государство Си Ся.
В 1227 г., во время осады столицы тангутского государства Чингис-хан умер. Выбор преемника был сделан им еще при жизни. Им оказался его третий сын — Угедэй. Он отличался спокойным нравом, был щедрым и любил развлечения. Однако самое главное достоинство нового хагана оказалось в способности не мешать ходу развития естественных процессов. Он пил вино, охотился и развлекался со своими многочисленными женами, а в это время монгольские воины брали новые города, присоединяли новые страны. При нем империя раскинулась от Волги до Амура.
Общая хронология наиболее важных военных походов монголов выглядит следующим образом. С отдельными перерывами продолжалось завоевание Северного Китая. В 1234 г. пала чжурчжэньская династия Цзинь. Последний оплот империи — город Цайчжоу был взят. Чжурчжэньский император повесился и приказал сжечь свое тело, чтобы оно не досталось врагам. В 1231–1232 гг. был совершен поход на Корейский полуостров, подчинена и обложена данью династия Корё. В 1230–1240-х годах было совершено несколько успешных походов на территорию Ирана. С 1234 г. возобновилась война в Китае, на этот раз против династии Сун. Уже через три года сунцы согласились платить ежегодно 200 тыс. слитков серебра и 200 тыс. кусков шелка. Мунке, ставший хаганом в 1251 г., возобновил военные действия, однако только при Хубилае в 1279 г. весь Китай был завоеван (подробнее о походах см.: Тихвинский 1977; Allsen 2002).
В 1235 г. состоялся курултай, определивший судьбы многих народов Старого Света. Было принято решение продолжить завоевания в Европе и Азии. В 1236 г. была завоевана Волжская Булгария. Зимой следующего года монгольское войско вторглось на территорию Руси. Рязань, Владимир, Суздаль, Ростов Великий последовательно пали в ходе нашествия Батыевой рати. Потери монголов были немалыми, и они несколько лет собирали силы для нового похода. В 1239 г. был захвачен Чернигов, а осенью 1240 г. осажден и взят штурмом Киев. В январе 1241 г. монголы вторглись в Польшу и Венгрию. Этот поход привел в ужас население европейских стран, их спасла только смерть монгольского хагана Угедэя.
В период правления Угедэя начинает складываться бюрократический аппарат огромной империи. Надо сказать, что для кочевников институт казны и государственной финансовой системы воспринимался как непонятный, чужеродный для правителей кочевой империи. Они не стремились накапливать богатства в своих кладовых, чтобы использовать их как дополнительный властный ресурс. Напротив, щедрость — это то качество, которое кочевники ожидали от своих степных вождей. Не случайно ханы стремились раздавать все свои богатства, чтобы привлечь на свою сторону племена номадов (Рашид-ад-дин 1960: 19, 35, 41, 49, 53,55, 58, 59, 62, 63; Juvaini 1997: 188–189, 198, 202, 204). По этой причине Чингисиды периодически сталкивались с тем, что ханская казна оказывалась пустой. Именно поэтому, когда после возвращения из похода в Среднюю Азию выяснилось, что на складах нет ни зерна, ни шелка, сторонники провоенной партии предложили Угедэю уничтожить все население Северного Китая, а земледельческие поля превратить в пастбища. Только благодаря заступничеству Елюя Чуцаяудалось предотвратить этот широкомасштабный геноцид. Однако разногласия между двумя придворными партиями остались. Сторонники той группировки, которую возглавлял Елюй Чуцай, придерживались мнения, что налоги являются наиболее действенным средством получения доходов с завоеванных территорий.
Елюю Чуцаю удалось аргументированно доказать монгольскому хагану, чтогораздо выгоднее заставить завоеванное население платить налоги. Именно тогда Елюй Чуцай произнес свои знаменитые слова: «Хотя [Вы] получили Поднебесную, сидя на коне, но нельзя управлять [ею], сидя на коне» (цит. по: Мункуев 1965: 44–45, 73, 106, 190). Увидев, какие это может дать результаты, Угедэй назначил Елюя Чуцая председателем государственного секретариата (кит. чжун-шушэн). Фактически киданин стал верховным канцлером имперского правительства. Здесь вырабатывались наиболее важные решения и готовились указы для распространения их на местах, выдавались пайцзы, печати и другие атрибуты имперской власти. Однако вплоть до воцарения Хубилая этот орган не имел четкой организационной структуры.
Вначале Елюю Чуцаю удалось наладить устойчивую налоговую систему. Помимо стандартных поземельных налогов были введены различные повинности и дополнительные поборы. Большим бременем стала обязанность снабжать пищей монгольских гонцов и должностных лиц, перемещающихся по территории страны. В немалой степени успехи были обусловлены тем, что Чуцай стал активно формировать государственный аппарат из числа бывших конфуцианских бюрократов. Он аргументировал это тем, что они обладали большими знаниями и административным опытом. Для оптимизации налогообложения в 1233 и 1234 гг. на территории Северного Китая были проведены переписи.
Когда Елюй Чуцай предлагал ввести налоги, он думал не только о наполнении ханской казны, но и о восстановлении экономики страны. К концу жизни Угедэя влияние набожного конфуцианца упало. Зимой 1239/40 г. мусульманский купец Абдр-ар-Рахман предложил отдать ему налоги на откуп, пообещав удвоить поступления в казну. Несмотря на яростное противодействие Чуцая, Угедэй и его окружение согласились. В 1236 г. под давлением кочевой аристократии Угедэй роздал значительную часть завоеванной территории Северного Китая во владения. Елюй Чуцай также не смог воспрепятствовать этому. Ему удалось добиться лишь того, чтобы приставить для надзора к каждому из монгольских вождей специальных контролеров [Юань ши 2: 35].
По приказу Угедэя в завоеванные страны были направлены должностные лица (баскаки) и сопровождавшие их писцы (битикчи). Слово баскак тюркского происхождения (тюрк. бас — давить). Это калька монгольского термина даргучи
 (монг. дару — давить). Дословно оба слова обозначают человека, который ставит печать от имени хагана. Судя по всему, в функции даргучи входил достаточно широкий круг административных, военных и судебных полномочий.
Для укрепления инфраструктуры империи в 1235 г. была создана ямская служба. Примерно через каждые 40 км располагались почтовые станции (в разных регионах это расстояние могло варьироваться). От каждой тысячи должны 
были быть выделены смотрители почтовых станций (ямов). Они обеспечивали гонцов и других должностных лиц свежими лошадьми, пищей и кровом. Это давало возможность гонцам, быстро меняя лошадей, преодолевать в день по 350– 400 км (Марко Поло 1956: 121–122; Juvaini 1997: 33).
Наивысшего могущества Монгольская империя достигла в годы правления Мунке (1251–1259) — сына Толуя, младшего из сыновей Чингис-хана. В 1252 г. при Мунке была проведена перепись всех завоеванных владений. На территории бывших китайских царств перепись дворов была поручена Махмуду Ялавачу. В Среднюю Азию с аналогичными функциями вернулся Аргун. На Русь был послан Бицик-Берке (т.е. битикчи — писец Берке). Правда, ему удалось провести перепись только зимой 1257/58 г. После смерти Мунке можно говорить о фактическом разделении империи Чингис-хана на отдельные части.
Территория Дешт-и-Кыпчака и Хорезм еще раньше были отданы во владение старшему сыну Чингис-хана — Джучи. При его потомках Сартаке и Бату возникло самое могущественное государство в Восточной Европе — Золотая Орда. Границы Орды простирались по степям от Волги и Дуная до Оби с запада на восток и включали на юге оазисы Отрара и Ургенча (Греков, Якубовский 1950; Хакимов, Фаверо 2017; и др.). Улус третьего сына Чингис-хана — Чагатая включал Восточный Туркестан и Мавераннахр. Столицей стал г. Алмалык в долине р. Или. В период правления Хайду (1269–1301)  внука Угедэя  улус стал фактически независимым. Трудность управления улусом Чагатаидов состояла в том, что его западную часть составляло персидско-мусульманское население, тогда как на востоке проживали уйгуры, исповедовавшие буддизм и несторианство. Другая ось противостояния — противоречия между кочевым и оседло-земледельческим населением (Biran 1997). В 1340-х годах ханство распалось на оседло-земледельческий Мавераннахр и степной Могулистан, где продолжали править Чингисиды.
Несколько иначе разворачивалось завоевание монголами Ирана. Становление государства Хулагуидов связано с решением курултая 1251 г. выделить в качестве улуса хану Хулагу «западные земли иранской земли, Сирию, Миср (Египет), Рум (Малую Азию) и Армению». Походы монгольского войска привели эти некогда цветущие страны в состояние запустения. В 1258 г. был разрушен Багдад. Монголы были остановлены только мамлюками, одержавшими победу в знаменитой битве при Айн-Джалуте (3 сентября 1260 г.). Правители нового монгольского государства стали называться
ильханами (тюрк. «хан страны»). Столицей нового государства был избран Тебриз. В период расцвета держава ильханов занимала Иран, значительную часть Афганистана и Ирака. При этом только часть года правители проводили в столице. Остальное время они кочевали со своей ставкой по степи. В Иране и Средней Азии имелись хорошие пустыни и пастбища, соседствовавшие с сельскими и городскими оазисами. Это позволяло сохранять привычный для степняков кочевой образ жизни. Основное население составляли иранцы — жители земледельческих оазисов и городов. Государство просуществовало до 1335 г. (Boyle 1968; Morgan 1988; Mel-ville 1999; Lane 2003; etc.).
В Китае монголы вписались в классическую схему смены династий вследствие утраты предыдущим императором Мандата Неба. В результате Монгольский улус переродился в династию Юань. После прихода к власти Хубилая спектр ханской политики был перенесен на юг, а в 1279 г. весь Китай был завоеван монголами. Официально все население страны разделили на четыре категории. Высшую составили монголы, имевшие наибольшее число прав и привилегий. Несколько ниже располагались так называемые «цветноглазые» выходцы из Западной и Средней Азии (сэмужэнь). Они использовались монголами в управлении, поскольку не были связаны с местным китайским населением и не были включены в клановую иерархию завоевателей-монголов. Еще ниже располагались выходцы из Северного Китая — ханьцы, чжурчжэни, кидани, бохайцы (ханьжэнь). Низшее место в иерархии отводилось населению империи Сун (наньжэнь).
Особенности социально-политического устройства династии Юань подробно описаны в специальной литературе (Dardess 1973; Langlois 1981; Endicott-West1989; Farquar 1990; Franke 1994; etc.). При этом нужно отметить, что конфуцианская система экзаменов чиновников была возрождена только в 1314 г. Для китайцев были введены три ступени экзаменов, тогда как для монголов и сэму только две, да и то по облегченной программе. Впрочем, главным источником для рекрутирования в центральный аппарат являлись гвардейские подразделения юаньского хана-императора (Hsiao Ch'i-ch'ing 1978). Личные пристрастия, коррупция и клановый протекционизм брали верх над здравым смыслом и компетентностью (Далай 1983: 126–127).
С течением времени монгольские гарнизоны, расквартированные в городах, теряли свои боевые качества. Это было обусловлено многими причинами, такими как ослабление общей идентичности номадного сообщества, аккультурация эли-ты кочевников к ценностям завоеванного общества, постоянные лишения, которые несли простые скотоводы, участвуя в непрерывных войнах и гарнизонной службе, неблагоприятные климатические условия конца XIII — начала XIV в. Это разоряло номадов, вынуждало их продавать в рабство жен и детей. Поскольку ханская власть не была заинтересована в ухудшении положения простых скотоводов, являвшихся основой войска, предпринимались меры по их поддержанию. Государство выкупало проданных в рабство детей и жен кочевников, раздавало скот, ткани, деньги, обеспечивало хлебом. Многие воины обзаводились китайскими женами, перенимали китайские обычаи. Билингвизм стал обычной практикой в смешанных семьях. Это дает основание говорить о частичных аккультурационных процессах в государстве Юань. Однако если кидани и чжурчжэни (особенно последние) твердо шли по пути китаизации, то монголы для местного населения оставались бóльшими «варварами», чем их предшественники. Императорская семья заимствовала китайский церемониал, но этническое противостояние между завоевателями, другими народами и китайцами сохрани-лось. В общей сложности за сто с лишним лет политического господства они не растворились среди местного населения. К середине XIV в. антимонгольские движения принимают характер организованного сопротивления, а в 1368 г. монголы изгоняются обратно в степь.
А.Л. Ивлиев и соавторы. Города средневековых империй Дальнего Востока. М. : ИВЛ, 2018 стр.38-45

Поиск

Интересное